МЕНЮ

Бэн Клишевский

Тату-художник
Услышав это имя впервые, можно подумать, что мастер живёт в США или в Соединённом Королевстве. Но, нет. Бэн родился и вырос в Москве. Так что далеко лететь за классной татуировкой не нужно.

Бэн специализируется на космосе. Вот, кстати, советуем полистать фотки его работ @ben_klishevskiy. Можно надолго зависнуть, разглядывая детали.

Его студия BANANA TATTOO открыта каждый день даже в непростое время пандемии. Стоит потянуть на себя дверную ручку, как из городской серости попадаешь в мир, куда с чистой совестью кролик мог бы привести за собой Алису из Страны чудес. Это одновременно и студия, и антикварная лавка с отголосками рок-кабаре. Вы увидите разрезанную напополам машину, мыло из «Бойцовского клуба», обезьянку с блошиного рынка в Нью-Йорке, одну из 555 копий виниловых пластинок Чарльза Мэнсона (того самого, про которого Тарантино снял «Однажды в Голливуде») и сделаете селфи в зеркало, которому больше трёх веков. Не хватает разве что говорящего попугая в клетке. Но Бэн веган и к животным относится этично. Попугай бы точно сидел у него на плече. В итоге вы, конечно, уйдёте с тем, о чём на самом деле давно и может тайно мечтали, с татуировкой. «Мама не одобрит». Но лучше поздно, чем никогда. Мы поговорили с Бэном про тату-индустрию и узнали, причём тут космос и бывал ли он там.
— Бэн, на коже ты создаёшь картины. Видели у тебя тату-кадры из фильма «Интерстеллар», парящие камни и милки уэй. Где ты учился и почему космос?

— Художественной татуировкой я занимаюсь больше 12 лет. Я решил научиться всему самостоятельно и не копировать других мастеров. Тогда я просто искал свой стиль. Сначала это был реализм: портреты и животные. Но потом я понял, что этим никого не удивишь. В гонке за уникальностью я спросил себя: «Что же сейчас еще не развито в стилях тату?» Ответ пришел сразу − космос! С самого детства я фантазировал о его бескрайних глубинах, меня вдохновляли космические пейзажи. И, главное, космосом тогда особо никто не занимался. Да и сейчас только 3 человека в мире, включая меня. В итоге, я открывал студии в культовых местах Москвы: Красный Октябрь, Китай-город − это целая эпоха.
Люди же приходят не только за татуировкой, а за энергией, атмосферой, возможностью поменять свой облик и самого себя.
— Допустим, у меня уже есть идея тату. Или, наоборот: хочу, но не знаю, что именно. Как быть?

— Если бы Курта Кобейна, солиста Нирваны, попросили спеть колыбельную, то это всё равно была бы песня Курта. Его голос, стиль, хотя жанр другой. Так же и в моей татуировке. Людям нравится моё творчество, мой почерк рук. Допустим, вы уже лет пять вынашиваете тему своей татуировки, не связанную с космосом. Я легко интегрирую эту идею в стилистический почерк моих работ. Моя задача не удушить первоначальную задумку человека, так как это его истинный посыл, а направить мысли на огранку, отсечь лишнее и сконцентрироваться на главном. Приправить всё это моим стилистическим и колористическим набором специй, поставить в духовку осмысления и принятия минут на 10, а затем ждать, пока старая задумка в новом свете не заставит человека сказать: «Бэн, это то, что нужно! Круто! Погнали!».

— Бэн, каждый день у тебя плотная запись. Пандемия никак не повлияла?

— До этого у меня основной поток был из-за рубежа. Удивительно, но иностранцы даже сейчас умудряются записываться на весну. Очень хотят приехать. Пандемия, конечно, внесла свои коррективы, но работа идёт. В салоне соблюдены все меры безопасности. Впрочем, как и всегда. Люди же приходят не только за татуировкой, а за энергией, атмосферой, возможностью поменять свой облик и самого себя. На самом деле мне, пока я с вами разговариваю, уже пара человек написали, что хотят записаться. Для кого-то тату − это новый этап жизни, а не просто украшение на теле. Я всегда готов помочь своим клиентам стать лучшей версией себя. Так что WELCOME!